rastaturinoleg

Из последнего II

Fri, 30 Nov 2007 15:39:24 GMT

Девчонка ( из цикла «Встречи» )

Впервые узрел на нудистском пляжу

В зените июля ядрёного,

Куда загорать постоянно хожу,

Девчонку с усами Будённого

Желтела листва. «Осень!»- ворон кричал.

Денёчки на редкость лажовые!

Девчонку ту в парке опять повстречал-

Усы, как у Ницше, моржовые

Зимою метели со свистом мели,

В сосульку сопля превращалась

С усами уже Сальвадора Дали

Девчонка домой возвращалась…

«Девчонка, постой, - глухо я прохрипел-

Ну что ж ты не бреешься, сука?

С тех пор, как тебя на пляжу я узрел,

В душе моей вечная мука

Откуда красотки такие берутся?

Позвольте задать неприличный вопрос…

Ведь с кем-то такие девчонки ебутся,

Щекочут усами, целуя взасос?»

Девчонка от ветра рукою прикрылась

«Увидишь весной» -обронила в ответ

В метели кружащейся растворилась,

И снежная буря ушла за ней вслед…

Из последнего

Fri, 30 Nov 2007 15:37:06 GMT

Онанисту

( на злобу дня )

Что, опять порносайт, и всю ночь посиделки?

До утра вновь потел и надрывно дрочил?

Прекращай-ка ты эти сопелки-пыхтелки,

Пока весь карандаш до конца не сточил!

Посмотри: весь дрожишь, и круги под глазами,

Убери этот персик с экрана долой!

А то молишься тут, словно над образами…

И не яйцами думай, а головой!

Говоришь, что инстинкты дремать не заставишь?

Лучше «Вести» смотри, а не эту херню!

Так весь фонд семенной по ночам разбазаришь

И План Путина сгубишь на самом корню

Tue, 08 May 2007 09:21:43 GMT

Дуэль

– Дуэль! – воскликнул Хуетоцкий. –

И страшной будет моя месть!

– Не стоило в залупу лезть.

Ваш вызов принят, - молвил Жопский. –

Вы оскорбили мою честь.

Мою жену вы пригласили

И нагло с ней пустились в пляс,

Меня об этом не спросили,

За это вылил я сейчас

На вас ведро помойной гнили...

Вы, сударь, – гнусный пидорас.

– Не тычьте в нос мне вашим бантом!

Кто будет вашим секундантом?

– Говнопердиев. Он чечен.

– Сосите поросячий член!

Вы это делали с талантом.

Я выбор ваш не уважаю,

Своих я только приглашаю.

Покруче друг есть у меня.

Фамилия его – Пиздня.

– Пиздня ваш друг? Побойтесь бога!

Вы вечно там, где всё убого.

Но коль уж так... Ну так и хуй с ним!

Мы в среду кровь друг другу пустим.

Всё остальное – до пизды...

– Прощайте, сударь. До среды!

Среда! Назначено на девять.

И точно! Ровно к девяти

Все умудрились подойти.

Шагами метры стали мерять.

А лучше места не найти!

Почти у леса, на опушке.

Внизу вода шумит в речушке.

И ветерок листву колышет.

Любая сволочь не услышит –

Хоть пиздани ядром из пушки!

Говнопердиев – после блядок

Пиздня – с похмелья. Непорядок!

У бедного трясутся руки,

Из жопы вылетают пуки

От продолжительных гулянок...

Был бесконечен цикл пьянок.

Но это им не помешало

Всё сделать так, как надлежало,

Формальности все соблюсти

И речь свою произнести.

Дуэлей видели немало!

Та речь врагов не примирила.

Кому же первому стрелять?

Монетка сей вопрос решила...

Фортуна – это баба-блядь!

Монетка вверх орлом упала,

И Хуетоцкий загрустил,

Он ус свой с хрустом прикусил...

Она шанс Жопскому давала,

И Жопский шанс не упустил.

Он вскинул хуй и брызнул первый,

И с десяти шагов попал,

Противника обляпал спермой,

Но Хуетоцкий устоял.

– Даю возможность извиниться!

Тогда не буду в вас стрелять!

Для вас всё может измениться.

Я не хочу вас убивать.

Но если злобу затаили,

Клянусь вам, сударь... Вас убью!

Два раза вы меня облили...

– Стреляйте, сударь. По хую!

Тут Хуетоцкий развернулся,

И сняв штанишки, раком встал.

Словами Жопский поперхнулся,

Когда тот мощный выстрел дал.

Он дважды перекувырнулся

И навзничь замертво упал...

Был смертоносен ТВЁРДЫЙ КАЛ.

Бедняга Жопский умирал...

В траве лежал. Деревьев кроны

По кругу плыли в вышине...

Вот гибли люди! Как гандоны!

ПО СОВЕРШЕННЕЙШЕЙ ХУЙНЕ!

Интродукция

Wed, 02 May 2007 18:56:17 GMT

Пророк

Все ждали, затаив дыханье,

С надеждой вглядываясь вдаль.

А он приехал с опозданьем

Был элегантен, как рояль.

В блестящий макинтош одетый

В руках- из черной кожи кейс

Сверкнули стильные штиблеты:

«Простите, задержали рейс…»

Он паузу выдержал, как Сталин.

Лицом, осанкою красив.

И улыбнулся, как Гагарин,

Сердца всех женщин растопив.

К приходу гостя стол накрыли,

Гуся внесли на серебре,

Согреться водочки налили,

Ведь дело было в ноябре.

И так легко, непринуждённо,

За этим праздничным столом

Вели беседу оживлённо

Об этом мире и о том.

«Жизнь так жестока, мы беспечны,

Но пьет с источника душа !

Любовь есть тот источник вечный…

Как мать, что кормит малыша !

Вот путь спасения Отчизны!»-

Он вдохновенно говорил

О самом главном в этой жизни.

Народ его боготворил.

Наш местный поп на этой встрече

От чувств прилива зарыдал

Под ёмкие, простые речи

Мир краски рая обретал.

Вопросов много обсуждали,

И каждому был дан совет.

Детишки гостя осаждали,

Теплом любви был дом согрет.

За разговором день кончался,

Уж солнце закатилось вниз

Гость неожиданно поднялся:

«Прошу внимания! Сюрприз!»

Щелчком был кейс распахнут ловко,

Допита рюмочка до дна

Гость просто вытащил винтовку,

И воцарилась тишина…

На всех напал какой-то ступор

Из дула- смерти черный глаз

Тут оглушительно, как в рупор,

Раздеться отдан был приказ.

Построившись шеренгой ровной,

Разоблачились, как сказал.

Он наблюдал с улыбкой томной,

Веревкой руки всем связал.

И поимел шеренгу раком

И никого не пропустил

Насиловал с особым смаком

Когда закончил, загрустил…

Забрызгав кровью пол и стены,

Он всех спокойно расстрелял

И вилкой вырванные члены,

Как свечи, в задницы вставлял…

Посвящается Дэвиду Линчу

Ничто не предвещало утром драмы...

Хромой и одноглазый почтальон

Мне на работе вместо телеграммы

Вручил какой-то чёрный медальон.

Смеяться или плакать? Что за шутка!

Подобный трюк из книжки был знаком,

Тут телефон звонит, и голос чей-то жуткий

Мне говорит: «Беда пришла в твой дом!»

Похолодев, я понял: «Это вилы...

Из преисподней, что ли, был звонок?»

Тот голос прозвучал, как из могилы,

Как неизбежность фатума, злой рок.

..............................................................

Тут ноги мои стали, как из ваты,

Прохожих лица, белые, как мел.

От шпиля отделившись, зверь мохнатый

На чёрный пруд, взмахнув крылами, сел.

Разинув окна, шли дома навстречу,

В порывах ветра корчилось бельё,

Юродивый спугнул бессвязной речью

Сидящее на ветках вороньё.

В свинцовом небе разметалась стая,

Перо упало на церковный крест,

Спиралью завернулась мостовая,

Уткнувшись в неприветливый подъезд.

По лестнице взбирался, как на плаху,

Удары сердца отмеряли шаг

Скажу вам честно – наложил со страху

Быть может, строит козни тайный враг?

В квартирах тихо. Вымерли соседи?

Где бабка, что высовывала нос

На цокот каблучков полночных леди?

Где музыка? Где чёртов пылесос?!!

Но всё вокруг молчало равнодушно,

Лишь громче ухали в груди моей басы,

О, боже мой, кому всё это нужно?

Вдруг, чу!!! В квартире «девять» бьют часы.

Ну, вот и дверь. Что странно, приоткрыта.

Не может быть, я точно запирал!

Пол липкий что-то... Кровью всё залито

Никак, Джек-Потрошитель забегал.

Красивый, как с картины Франца Марка,

Задрав копыта, белый конь лежит.

Раскинул ноги, будто ему жарко,

В зрачках потухших блик с окна дрожит...

МОНОЛОГ НА ДЕРЕВЕНСКОМ КЛАДБИЩЕ

– Хороша эпитафия: «Был злоебуч»! –

Проскрипел старый дед, он был дюже вонюч.

Всюду слякоть- с утра моросило.-

Хуй его невысок был, но толст и могуч.

Пробивался , как солнышка луч из-за туч,

А бабьё поебаться просило...

Поначалу тайком стали жопой вилять,

А потом уж построились в очередь, блядь,

Как лавиной прорвало плотину...

А тот бешеный хуй было нам не унять,

В жопу выебан был даже собственный зять,
Хуй был крепок и твёрд, как осина.

С каждым днём увеличивал только напор,
В нём была та искра – пионерский задор,

Выполнял план на тыщу процентов!

Он работал без сбоев, как новый мотор,

И среди самых слабых пошёл вскоре мор,

Не осталось уже претендентов.

Всё живое спасалось от страшных мудей,

Мы попрятали лучших своих лошадей,

Тайно дома в сенях их держали.

От людей перешёл он на птиц и зверей,
Заебал он до смерти всех кур и свиней,

И коровы с деревни сбежали.

Он ебал насекомых: жуков, мух и пчёл.

Деревенька мала – это он не учёл,

А развязка сама наступила.

Как-то низко парил над землёю орёл,

Он, подпрыгнув, схватил, хуй, как пушку, навёл...

Птица крыльями резко забила.

И давай с высоты его в темя клевать!

Наш герой стал от боли истошно орать...

А потом мы столпились у трупа.

Ведь никто и не думал беднягу спасать

Нам осталось лишь только что сверху поссать

Да отрезать на память залупу...